Рыжик (loruta) wrote,
Рыжик
loruta

Продолжение отчёта

Суббота. С утра спешу привести в порядок Элизиум, раз Ева Курц самоустранилась, а Верховная Гарпия опаздывает. Еле успеваю управиться к появлению высоких гостей, даже причёску поправить некогда. Гости строги, плотно заняли кухню и всех допрашивают. Доходит очередь и до меня. Разумеется, я всегда была за Камарилью вообще и за нашего Князя в частности… то есть на самом деле с точностью до наоборот – сначала за Князя, а потом уже за Камарилью. Удивительно, но мне не задали любимый вопрос Архонтов – про связи наших Сородичей с Шабашем, да и по Традициям подробно экзаменовать не стали. Когда Архонты отправились перетряхивать Ильменское княжество, а мы смогли перевести дух, я уехала в Убежище к своему маленькому гулю – набираться сил перед вечерним приёмом. Информацию об этом приёме действительно пришлось добывать через Князя, хотя в приглашении чёрным по белому сказано: «первые лица княжества». Почему госпожа Курц так упиралась и не желала об этом сообщать, непонятно.
Наша боевая группа тем временем отправилась на некую страшно секретную базу. Ничем хорошим это, увы, не кончилось. Я чувствую утрату Уз крови с Анджеем – он потерян, его птенец, вероятно, тоже… мы не чувствуем Олега… Романова из торпора подняли Джованни… недаром мне не нравилась идея лезть куда-то по сетевой наводке…
Смущает, что в итоге приёмом заведует представитель Ильменя Ольга Серкова – это даёт левому берегу психологическое преимущество. До прибытия Архонтов успеваю побеседовать с Аполлинарией Залесской – вспоминая слова господина Черновски «на территории Ильменского княжества не проводится культурных мероприятий!», я понимаю стремление этой Тореадор чаще бывать на правом берегу. В остальном приём произвёл гнетущее впечатление. Некоторые Сородичи (с левого берега, разумеется), которым следовало бы присутствовать на Совете Архонтов, сочли возможным его проигнорировать. В то время как нас обязали остаться даже после получения известия о нападении Гангрел на наш Элизиум (к счастью, заняться Элизиумом смог Константин Румянцев – переведённый в простые Гарпии, он не был обязан посещать приём и пользовался свободой перемещения). Когда свежеиспечённый Князь Ильменя господин Черновски (ах, какая неожиданность!) излагал планы реорганизации левого берега, лично нам с Его Светлостью хвалёная демократия Ильменя показалась очень уж похожей на  нашу «диктатуру»… Призрак в зале по крайней мере не шумел, но оставшееся безнаказанным поведение Могилы не шло на пользу торжественности мероприятия и авторитету Архонтов. Хотя венцом, разумеется, была нелепая выходка Гришина-Алмазова, обвинившего нашего Князя в связях с Шабашем. Какой Гангрел его укусил – ума не приложу. Уж наверняка наш свежеиспечённый Экстерминатор вылез со своим заявлением не из любви к истине, неужели метил на повышение? Возможно, для предотвращения этого Его Светлость в присутствии Верховной Гарпии называет меня своей преемницей – правило «назови того, кто меньше всех этого хочет» продолжает действовать. Впрочем, милостью праотца Каина, такой поворот событий нас миновал. Итог – Окончательная смерть Шерифа и понижение в личном статусе для Его Светлости. Мой злосчастный чёрный статус буквально жжёт мне грудь…
С приёма отправляюсь на подтверждение имения в компании Бича и Беатрис. К сожалению, мы ошиблись с адресом – раньше этим имением занимался Олег… Когда ошибка выяснилась, время было упущено. Печально, мой первый выезд – и такой промах, хотя моей вины в этом и нет, после Совета мы все были немного… обеспокоены. По возвращении к Элизиуму появились и более веские поводы для огорчений. Прямо у входа мы были атакованы отступниками во главе с предателем О’Брайаном. При неожиданном появлении Гангрел совершенно некстати проявилась Вероника, и её испуг отвлёк меня, не дав вовремя отреагировать должным образом. Когда я вернула контроль, Беатрис уже была в торпоре, а трое нападавших самым мерзким образом диаблезировали Михаила. Поговорив с нечаянной свидетельницей-смертной, чтобы успокоить её и подчистить ей память во избежание нарушения Маскарада (банда отморозков с битами и Диаблери производят слишком сильное впечатление), я связалась с Его Светлостью и обрисовала ситуацию, благо мне, с моим поколением, эта шушера ничего сделать не могла. На жалкую попытку всучить мне оружие и тем самым спровоцировать атаку я не повелась. Нож у меня и свой был, только вот боевых навыков против Бруджа и Гангрел в таком количестве явно не хватало. Но, пока банда прикидывала, что со мной делать, из Элизиума вышел Князь и сразу применил Покорность, после чего никто из нападавших не ушёл от наказания, а Беатрис вывели из торпора.
«Это Мир Тьмы, детка». Остаток вечера прикидывали, как действовать дальше в условиях дикой нехватки боевых единиц. Экстерминатором становится Его Светлость, исполняющим обязанности Шерифа наняли Серджио Джованни, Беатрис повысили до Бича – вполне заслужено. Кроме того, вернувшиеся Хранитель Элизиума и её потомок уже имеют опыт подтверждения имений, и они хотя бы Тореадор с Присутствием. Общие перспективы не радуют, но сдаваться мы не намерены. Попробовали выловить Рылеева, лично уйму крови потратила на Прорицание, даже съездили по указанному адресу (напевая при этом имперский марш – раз уж из нас делают всеобщего врага, надо соответствовать), но Рылеев оказался в торпоре и убежище до завтра.
 
Воскресенье. Утром я пошла подтверждать имение при поддержке Ольги Карелиной и Анны Соловьёвой. Но имение у нас увели шабашиты – надо признать, они действовали смелее, чтобы не сказать наглее, а мы откровенно протупили. Но, соблюдая законы Маскарада, мы изначально оказывались в проигрыше перед лицом противника, способного ими пренебречь. Пока мы добирались до Элизиума, мне позвонил один из Малкавиан и принялся настырно интересвоваться судьбой Анны Орловой. Пребывая в не самом благодушном настроении, я прямо ему ответила, что не считаю возможным что-либо сообщать представителю клана, чей Примоген яшкается с Шабашем. Малкавиан очень удивился, но отстал.
В Элизиуме, где можно было расслабиться, я, увы, совсем потеряла лицо и забилась в истерике – так было обидно за глупо упущенное имение и больно, что я не оправдала доверие Его Светлости. Остаток дня я приходила в себя в тиши и спокойствии, компанию мне составляли Гнилой Крыс и Анна Соловьёва. Позже появилась и моя Анна, я читала ей стихи, обещала рассказать, откуда берутся птенцы, мы танцевали под нашу общую любимую песню… Послушав разговор Его Светлости с неуловимой Евой Курц, я понимаю, что её нежелание что-то рассказывать Сенешалю – это ещё мелочи. Скатертью дорога в Ильменское княжество, кто только к ним под крылышко не лезет, а они сначала примут, а потом управу найти не могут…
К ночи я достаточно успокоилась, чтобы в кои-то веки оказаться полезной. Требовалось всего-то Замешательством стереть память Евгении Оболич, на тот момент уже бывшему Примогену Тремер. Клан намеревался перейти под наше покровительство, но Оболич держала в руках ресурсы клана. Я завела с ней пустяковый разговор о серёжках, перчатках, но потом подвернулась действительно интересная тема с антидиаблеристским ритуалом. Я была искренне восхищена – какая замечательная идея, так и надо этим диаблеристам!
После ухода Евгении мы резюмировали: «Ну тут хоть понятно будет, за что именно нас не любят». Потому что поддержки нам ждать неоткуда и вся интрига только в том, объединятся ли наши враги, чтобы нас уничтожить, или кто-то ухитрится отсидеться в стороне в надежде добить последнего выжившего в схватке.
 
Пятница. В Ильмене обещают красивую фотосессию, а у меня внезапно командировка в Академгородок, да ещё с квестом «найди морг». Морг, разумеется, в плане эстетики проигрывает Анастасии Высоцкой, но приказы начальства не обсуждаются. Предчувствия нехорошие – до сих пор большого проку от моих визитов на точки не было, на месте Его Светлости я себя давно бы из Сенешалей разжаловала. Срочно ищем Сородича, который мог бы научить меня Доминированию. У Вальтера Скотта только Могущество и Стремительность, Беатрис занята, но в последний момент находится Тремер Иван. По дороге мне поступает неожиданное предложение о снятии осады Шабаша в обмен на последнюю часть книги Нод. Кричать в трубку «Отвали, шабашит!», сидя рядом со смертными, как-то недипломатично, поэтому вежливо обещаю дать ответ попозже. Сущие мелочи, что о книге я только слышала и едва ли смогу её на что-то обменять. Но Князю докладываю – энтузиазма эта идея у него не вызывает. В ответ Его Светлость предупреждает меня, что в Академгородок отправились шабашиты, на которых не действуют Дисциплины. Обидно – зря, получается, Иван меня Доминированию учил…
Обходим территорию больницы и прячемся в лесу рядом с самым подходящим зданием. Место, как оказалось, мы выбрали правильно, но этим наши успехи и ограничиваются. Стали свидетелями симбиоза Анархов и Шабаша. Как позже удалось выяснить с помощью Носферату Марии и белочек, силы были явно неравны. Вышла поздороваться с Анной и спросить у Волша про Тамплиеров Шабаша, но они очень быстро погрузились в такси «Воруй-убивай» и отчалили. Очередной провал. Польза от поездки одна – присмотрелась к Вальтеру и Ивану.
Возвращаемся в город. На пути к Элизиуму поступает сигнал от Румянцева – Князь в беде! Спешно отправляемся на площадь Ленина, встречаем Румянцева и Серджио Джованни. Ищу Его Светлость по «Истинному Имени»… и не нахожу. Мало того, не ощущаю Уз Крови. Вывод может быть только один, но я не хочу верить. Ищу Ольгу Карелину, которая была с Князем, сначала получаю ответ, она рядом… но потом поиск обрывается. Их больше нет… Румянцев издевательски раскланивается: «Вашшша Сссветлосссть?..» Да, Его… Александр Данилович ведь назвал меня своей преемницей на Совете Архонтов и не изменил этого распоряжения. Ну почему я была по-настоящему предана нашему Князю, почему я не карьерист и не интриган – как, наверное, я была бы сейчас счастлива…
Звонок Анастасии Романовой – Ольга успела ей сообщить, что их захватили Гангрелы. В Элизиуме Тремер проводят ритуал «Ночь кровавого сердца» против Рылеева – слабое, но утешение. Хоть не зря затевали историю с Оболич… Мы собираемся уцелевшим кружком.
– Здравствуйте, меня зовут Инна Бестужева, я неадекватна даже по меркам Малкавиан, я плохой лидер, бесполезна в бою и отвратительный стратег, и я – ваш новый Князь. Никто не хочет устроить переворот?
Собственно, выбор невелик. Есть Румянцев, но он и раньше отказывался быть следующим Князем, а за спиной я слышу чей-то шёпот: «Только не Румянцев, пусть у нас будет нормальный Князь…» Что называется, польстили – назвали Малкавиана нормальным. В ужасе понимаю, что после Окончательной смерти Разумовского и моего (не менее окончательного) возвышения в Телеутском княжестве не осталось Сородичей выше меня по положению – то есть никого, кто мог бы привести меня в чувство при вмешательстве Вероники. Если она снова появится, мне придётся бороться  с ней самостоятельно, больше никто мне не поможет…
Звоню нетерпеливому Тамплиеру О’Беннону и отклоняю его предложение: «Жгите всё. Уничтожайте мебель». Звоню Владлену Черновски, между делом узнаю, что власти Ильменя намерены завтра «поговорить и уладить недоразумение» с Гангрел. Это у них называется недоразумением?! Договариваюсь о встрече на завтра. Румянцева, для соблюдения субординации, назначаю Верховной Гарпией, благо запас статусов у меня ещё остался. Сообщаю об изменениях Анастасии и заодно рекомендую ей поинтересоваться позицией Архонтов – вот к чему привело бездействие ильменцев в отношении Гангрел. Сама тоже пытаюсь связаться с генералом Железняком, но у меня есть только его закрытый профиль Вконтакте. Назначаю Вальтера своим телохранителем – он всё-таки Бруджа, для подстраховки мы садимся на взаимные Узы. Уезжаю скорбеть к себе в убежище – в Элизиуме продолжается ритуал Тремер.
 
Суббота. Ритуал против Рылеева завершён, следующий на очереди – Волш. В компании Вальтера отправляюсь на первую точку. Договариваемся, что Вальтер будет наблюдать с безопасного расстояния, а я надеваю «Покров теней», заранее применяю «Узреть незримое» и караулю имение. Конкуренты не замедлили явиться – Волш со товарищи. Мне обещают если не реки, то хотя бы лужи крови в обмен на имение, однако прибавить к сделке головы Гангрел («Каких именно?» - «ВСЕХ!») отказываются. Вольному воля, тогда можете взрывать точку, хоть вместе со мной, но я ничего не отдам. Одна за другой утекают минуты, контроль над имением не может быть передан ни одному из нас. Прохаживаюсь перед точкой, оттаптывая Волшу ноги, и шёпотом читаю стихи – даже не ради «Завораживающего бреда», просто чтобы выговориться. В своё время Его Светлость после двух стихотворений этого цикла приказал мне прекратить, но у Александра Даниловича была высокая человечность. Волш выдержал три стихотворения, но на четвёртом (уже после схлопывания точки) поспешно удалился. Что ж, по крайней мере, и Шабашу не досталось, как в воскресенье или вчера… Лучше уж самим всё уничтожить и гордо умереть от голода.
Тем временем Румянцев и Серджио съездили в район Горской, где рассчитывали добыть шапку-невидимку. Еле успели уйти от преследования, а добытая шапка начала причинять носителю неудобства, поэтому Серджио решает припрятать её подальше. И стоило тогда так возиться, добывая? Во время передышки в Элизиуме воплощаю нашу давнюю шутку – присваиваю боевому тушкану Вальтера звание Сенешаля. Вряд ли он в этой должности проявит себя хуже, чем я в своё время… Приближается встреча с ильменским Князем, он не отвечает на звонки, но со мной связывается его Сенешаль Ольга Серкова и сообщает, что подготовила нашу встречу, господин Черновски скоро прибудет, меня ждут. Прорицание подтверждает, что Черновски движется в указанном направлении. Поправляю траурную ленточку в волосах, прихватываю Вальтера и Тушкана и мы отправляемся на встречу. По прибытии госпожа Серкова сообщает, что Князь задерживается, и ненадолго отходит. Тут же к нашему столику подходят шабашиты во главе с Мясником и применяют Гипноз, приказывая нам с Вальтером последовать за ними. Как хорошо, что мы успели взаимно подстраховаться под Узами! «Наша вера не позволяет нам это сделать», - отвечаю я, и мы остаёмся на своих местах. Шабашиты отходят, я вытираю со столика брызги крови. Пока мы сидим и раздумываем, поступают два звонка – от Виктора, нового Примогена Малкавиан, и от Ивонны Мессинг. Виктор сообщает, что Прохор Могила от боярских щедрот пожаловал Телеутское княжество Берклаю-Толи. Хм, что-то не припомню, когда Могила успел им завладеть, чтобы кому-то передавать. Похоже, это трюк в стиле «вот тебе медвежья шкура, иди убей медведя». Если Берклай-Толи на него купился, значит, Гангрелы ещё тупее, чем я думала. Ивонна почему-то требует от меня сведений, где их Князь. Мало того, что стоит одному Малкавиан в этом городе сломать ноготь, и все остальные считают своим долгом спросить меня об этом, так теперь я должна отвечать за чужих Князей… Сообщаю ей, что не видела господина Черновски уже неделю и сама его жду, но пока застала только госпожу Серкову и шабашитов.
После таких сообщений дожидаться Князя уже глупо, и мы с Вальтером покидаем место встречи. Ивонна где-то рядом, но по телефону любой может назваться заместителем Экстерминатора, а моё доверие к ильменцам стремится к нулю. Не спеша добираемся до второй точки, снова нахожу укромный уголок, чтобы применить Дисциплины. Очень удобны для этой цели маленькие полуподвальные магазинчики и конторы – если спуститься по ступенькам, тебя не видно ни с улицы, ни изнутри.
Знакомые всё лица – теперь Мария Миронова. Я снова шепчу стихи, чтобы заполнить пустоту. Текут минуты. Минус ещё одна точка.
К вечеру мне начинает казаться, что я вижу в Элизиуме призрак Разумовского и слышу его голос. Не исключено, что он мерещится не только мне. Это воодушевляет. Мы решаем разделить силы – Вальтер, Беатрис и Серджио постараются помочь Тремерам на их точке, а я с Анной Соловьёвой съезжу на ту, мимо которой мы промахнулись на прошлой неделе. Константин Румянцев очень устал, поэтому останется в Элизиуме с Анной Орловой… и так же устало Румянцев сообщает, что больше не контролирует Анну и не может ничего гарантировать. «Винкулум»… Значит, это всё-таки не случайность, не ошибка, то, чего я так упорно старалась не замечать, во что не хотела верить – правда. Анна, моя Анна – и Шабаш!
Я слышу возмущённый голос Разумовского: «Враг в Элизиуме? Да вы все спятили!» Вижу потухший взгляд Румянцева: «Я не собираюсь ничего предпринимать» – и это тот самый Сородич, который готов был бороться за свою сестру вплоть до Окончательной смерти одного из нас. Анна Орлова застыла у окна, остальные Сородичи – у дверей. Пришло моё время узнать, на что я способна. Может быть, это только мой бред, но в одном призрак Разумовского прав – Князь не имеет права оставлять врага в самом сердце княжества…
Узкое лезвие ножа. Лицом к лицу, на расстоянии удара, теперь уже не в танце, не в песне, а наяву – одновременно у финальной черты, я так боюсь одного – что это всё-таки ты.
- Я больше так не могу, Анна, - какое слабое оправдание…
Удар. Ещё удар. Ещё… Я подхватываю обмякшее тело и прячу лицо в её волосах, стирая непрошеные слёзы. Меня трясёт от отвращения – я ничем не лучше Мироновой, которую презирала за то, что она не уберегла своего птенца. Но нет времени жалеть или обвинять себя, нам пора. Никаких Диаблери – только Окончательная смерть! Набираю необходимое количество крови у подданных – я не буду пить её кровь, хоть этого я не сделаю…
Тёмная, пустая набережная, пронзительный ветер, снег и лёд под каблуками. Тьма, холод и пустота – вот всё, что мне осталось. Немного утешает, что имение благополучно подтверждено: можно было хоть одного Тушкана посылать – кроме нас, тут больше ни одной мёртвой души. Умрём от голода немного позже. А вот у наших Сородичей в Кировском парке намечаются проблемы…
Румянцев впал в топор, поэтому попасть в Элизиум было нелегко. Звонок от Беатрис: они столкнулись с противодействием, выбираются порознь, по её наблюдениям, на Вальтера применили воздействие, похожее на Любовь. Вскоре звонит и сам Вальтер, но я не беру трубку. Чтобы исключить влияние через Вальтера, я обмениваюсь Узами с Джессикой Ли. После этого уже сама звоню Вальтеру – он сообщает, что отправляется в своё убежище и отрицает, что подвергался воздействию. Хорошо, если так, но осторожность не помешает.
Приезжают Серджио и Беатрис, и то, что они рассказывают о столкновении, окончательно выбивает меня из равновесия. Ещё совсем недавно мы все готовились держаться до конца – пропадать, так с музыкой. Я, как могла, старалась подавлять свои чувства и исполнять свой долг, но игнорировать чужие эмоции оказалось сложнее.
Свой титул Князя я видала не то что в фамильном склепе, а в разграбленной могиле. Я за ним не гналась, он меня не радовал и цепляться за него я не собиралась. И правитель из меня паршивый. Но в этот момент я действительно ощущала ответственность за судьбу моих подданных. Анна Соловьёва, за несколько дней прошедшая путь от птенца до Сородича и потерявшая Сира. Беатрис фон Гендель, Меч Гнева, потерявшая стольких собратьев по оружию. Торпорное тело Константина Румянцева – в чём бы его ни обвиняли и что бы он ни совершил на самом деле, он хранил лояльность до последнего предела. Серджио Джованни, потерявший в этом городе всех своих сестёр, но не оставивший нас. «Моё княжество – это не Домен, не территория и не имения. Это Сородичи». И я не могла ни просить, ни заставлять этих Сородичей играть роль декораций в чьём-то фарсе. Мне было абсолютно всё равно, проживём ли мы долгую не-жизнь в Венеции, или же нас съедят шабашиты, добьют ильменцы, казнят Архонты и т. п. Просто оставаться в это время и в этом месте было невыносимо. Да гори всё огнём, серый город – да станет склепом
Tags: игры
Subscribe

  • Занимательная математика

    Снилась полевая игра, большая, как ХИшка, но в наших краях. В мастерятнике для проверки знаний правил выдавали весёлые задачки. Например: у Геральта…

  • Битва рецептов (сон)

    Под утро мне снился хороший такой кулинарно-филологический пост в ЖЖ, в шести частях с заголовками вроде "Рататуй: Начало", "Португальский след",…

  • Хорошо пройденное старое

    Снилось мне, будто меня накрыло ролевой амнезией, и в связи с этим мастера зовут меня на свои старые игры. Ну там - куда-то свозили, где-то провели,…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

  • 4 comments